About Us


Harmony Forum

Peace from Harmony
Diana Johnstone. Washington’s Iron Curtain in Ukraine

Diana Johnstone




Diana Johnstone: For Washington, War Never Ends. March 16, 2022:

Диана Джонстон: Для Вашингтона война никогда не кончается


See also here: https://peacefromharmony.org/?cat=en_c&key=1049 
Смотреть также здесь: https://peacefromharmony.org/?cat=en_c&key=1049


For Washington, War Never Ends

By Diana Johnstone

in Paris

March 16, 2022


The formation of the North Atlantic Treaty Organization (NATO) and the rearmament of Germany confirmed that for the United States, the war in Europe was not entirely over. It still isn’t.




It goes o­n and o­n. The “war to end war” of 1914-1918 led to the war of 1939-1945, known as World War II. And that o­ne has never ended either, mainly because for Washington, it was the Good War, the war that made The American Century: why not the American Millenium?

The conflict in Ukraine may be the spark that sets off what we already call World War III.


But this is not a new war. It is the same old war, an extension of the o­ne we call World War II, which was not the same war for all those who took part. The Russian war and the American war were very, very different.


Russia’s World War II

For Russians, the war was an experience of massive suffering, grief and destruction. The Nazi invasion of the Soviet Union was utterly ruthless, propelled by a racist ideology of contempt for the Slavs and hatred of “Jewish Bolsheviks.” An estimated 27 million died, about two thirds of them civilians. Despite overwhelming losses and suffering, the Red Army succeeded in turning the Nazi tide of conquest that had subdued most of Europe.

This gigantic struggle to drive the German invaders from their soil is known to Russians as the Great Patriotic War, nourishing a national pride that helped console the people for all they had been through. But whatever the pride in victory, the horrors of the war inspired a genuine desire for peace.


America’s World War II

America’s World War II (like World War I) happened somewhere else. That is a very big difference. The war enabled the United States to emerge as the richest and most powerful nation o­n earth. Americans were taught never to compromise, neither to prevent war (“Munich”) nor to end o­ne (“unconditional surrender” was the American way). Righteous intransigence was the fitting attitude of Good in its battle against Evil.

The war economy brought the U.S. out of the depression. Military Keynesianism emerged as the key to prosperity. The Military-Industrial-Complex was born. To continue providing Pentagon contracts to every congressional constituency and guaranteed profits to Wall Street investors, it needed a new enemy. The Communist scare – the very same scare that had contributed to creating fascism – did the trick.


The Cold War: World War II Continued

In short, after 1945, for Russia, World War II was over. For the United States, it was not. What we call the Cold War was its voluntary continuation by leaders in Washington. It was perpetuated by the theory that Russia’s defensive “Iron Curtain” constituted a military threat to the rest of Europe.

At the end of the war, the main security concern of Stalin was to prevent such an invasion from ever happening again. Contrary to Western interpretations, Moscow’s o­ngoing control of Eastern European countries it had occupied o­n its way to victory in Berlin was not inspired so much by communist ideology as by determination to create a buffer zone as an obstacle to repeated invasion from the West.

Stalin respected the Yalta lines between East and West and declined to support the life and death struggle of Greek communists. Moscow cautioned leaders of large Western European Communist Parties to eschew revolution and play by the rules of bourgeois democracy. The Soviet occupation could be brutal but was resolutely defensive. Soviet sponsorship of peace movements was perfectly genuine.

The formation of the North Atlantic Treaty Organization (NATO) and the rearmament of Germany confirmed that for the United States, the war in Europe was not entirely over. The lackadaisical U.S. “de-Nazification” of its sector of occupied Germany was accompanied by an organized brain drain of Germans who could be useful to the United States in its rearmament and espionage (from Wernher von Braun to Reinhard Gehlen).


West Germany joined NATO in 1955, which led to the formation of the rival Warsaw Pact during the Cold War. (Bundesarchiv, CC BY-SA 3.0, Wikimedia Commons)


America’s Ideological Victory

Throughout the Cold War, the United States devoted its science and industry to building a gigantic arsenal of deadly weapons, which wreaked devastation without bringing U.S. victory in Korea or Vietnam. But military defeat did not cancel America’s ideological victory.

The greatest triumph of American imperialism has been in spreading its self-justifying images and ideology, primarily in Europe. The dominance of the American entertainment industry has spread its particular blend of self-indulgence and moral dualism around the world, especially among youth. Hollywood convinced the West that World War II was won essentially by the U.S. forces and their allies in the Normandy invasion.

America sold itself as the final force for Good as well as the o­nly fun place to live. Russians were drab and sinister.

In the Soviet Union itself, many people were not immune to the attractions of American self-glorification. Some apparently even thought that the Cold War was all a big misunderstanding, and that if we are very nice and friendly, the West will be nice and friendly too. Mikhail Gorbachev was susceptible to this optimism.

Former U.S. ambassador to Moscow Jack Matlock recounts that the desire to liberate Russia from the perceived burden of the Soviet Union was widespread within the Russian elite in the 1980s. It was the leadership rather than the masses who accomplished the self-destruction of the Soviet Union, leaving Russia as the successor state, with the nuclear weapons and U.N. veto of the U.S.S.R. under the alcohol-soaked presidency of Boris Yeltsin – and overwhelming U.S. influence during the 1990s.


The New NATO

Russia’s modernization over the past three centuries has been marked by controversy between “Westernizers” – those who see Russia’s progress in emulation of the more advanced West – and “Slavophiles,” who consider that the nation’s material backwardness is compensated by some sort of spiritual superiority, perhaps based in the simple democracy of the traditional village.

In Russia, Marxism was a Westernizing concept. But official Marxism did not erase admiration for the “capitalist” West and in particular for America. Gorbachev dreamed of “our common European home” living some sort of social democracy. In the 1990s, Russia asked o­nly to be part of the West.

What happened next proved that the whole “communist scare” justifying the Cold War was false. A pretext. A fake designed to perpetuate military Keynesianism and America’s special war to maintain its own economic and ideological hegemony.

There was no longer any Soviet Union. There was no more Soviet communism. There was no Soviet bloc, no Warsaw Pact. NATO had no more reason to exist.

But in 1999, NATO celebrated its 50th anniversary by bombing Yugoslavia and thereby transforming itself from a defensive to an aggressive military alliance. Yugoslavia had been non-aligned, belonging neither to NATO nor the Warsaw Pact. It threatened no other country. Without authorization from the Security Council or justification for self-defense, the NATO aggression violated international law.

At the very same time, in violation of unwritten but fervent diplomatic promises to Russian leaders, NATO welcomed Poland, Hungary and the Czech Republic as new members. Five years later, in 2004, NATO took in Romania, Bulgaria, Slovakia, Slovenia and the three Baltic Republics. Meanwhile, NATO members were being dragged into war in Afghanistan, the first and o­nly “defense of a NATO member” – namely, the United States.


Understanding Putin – Or Not

Meanwhile, Vladimir Putin had been chosen by Yeltsin as his successor, partly no doubt because as a former KGB officer in East Germany he had some knowledge and understanding of the West. Putin pulled Russia out of the shambles caused by Yeltsin’s acceptance of American-designed economic shock treatment.

Putin put a stop to the most egregious rip-offs, incurring the wrath of dispossessed oligarchs who used their troubles with the law to convince the West that they were victims of persecution (example: the ridiculous Magnitsky Act).


On Feb. 11, 2007, the Russian Westernizer Putin went to a center of Western power, the Munich Security Conference, and asked to be understood by the West. It is easy to understand, if o­ne wants to. Putin challenged the “unipolar world” being imposed by the United States and emphasized Russia’s desire to “interact with responsible and independent partners with whom we could work together in constructing a fair and democratic world order that would ensure security and prosperity not o­nly for a select few, but for all.”

The reaction of the leading Western partners was indignation, rejection, and a 15-year media campaign portraying Putin as some sort of demonic creature.

Indeed, since that speech there have been no limits to Western media’s insults directed at Putin and Russia. And in this scornful treatment we see the two versions of World War II. In 2014, world leaders gathered in Normandy to commemorate the 70th anniversary of the D-Day landings by U.S. and British forces.

In fact, that 1944 invasion ran into difficulties, even though German forces were mainly concentrated o­n the Eastern front, where they were losing the war to the Red Army. Moscow launched a special operation precisely to draw German forces away from the Normandy front. Even so, Allied progress could not beat the Red Army to Berlin.


However, thanks to Hollywood, many in the West consider D-Day to be the decisive operation of World War II. To honor the event, Vladimir Putin was there and so was German Chancellor Angela Merkel.

Then, in the following year, world leaders were invited to a lavish victory parade held in Moscow celebrating the 70th anniversary of the end of World War II. Leaders of the United States, Britain and Germany chose not to participate.

This was consistent with an endless series of Western gestures of disdain for Russia and its decisive contribution to the defeat of Nazi Germany (it destroyed 80 percent of the Wehrmacht.) o­n Sept. 19, 2019, the European Parliament adopted a resolution o­n “the importance of European remembrance for the future of Europe” which jointly accused the Soviet Union and Nazi Germany of unleashing World War II.


Vladimir Putin responded to this gratuitous affront in long article o­n “The Lessons of World War II” published in English in The National Interest o­n the occasion of the 75th anniversary of the end of the war. Putin answered with a careful analysis of the causes of the war and its profound effect o­n the lives of the people trapped in the murderous 872-day Nazi siege of Leningrad (now Saint Petersburg), including his own parents whose two-year-old son was o­ne of the 800,000 who perished.


The siege of Leningrad, 1942. (Av Boris Kudojarov/RIA Novosti arkiv. Lisens: CC BY SA 3.0)

Clearly, Putin was deeply offended by continual Western refusal to grasp the meaning of the war in Russia. “Desecrating and insulting the memory is mean,” Putin wrote. “Meanness can be deliberate, hypocritical and pretty much intentional as in the situation when declarations commemorating the 75th anniversary of the end of the Second World War mention all participants in the anti-Hitler coalition except for the Soviet Union.”

And all this time, NATO continued to expand eastward, more and more openly targeting Russia in its massive war exercises o­n its land and sea borders.


The U.S. Seizure of Ukraine

The encirclement of Russia took a qualitative leap ahead with the 2014 seizure of Ukraine by the United States. Western media recounted this complex event as a popular uprising, but popular uprisings can be taken over by forces with their own aims, and this o­ne was. The elected president Viktor Yanukovych was overthrown by violence a day after he had agreed to early elections in an accord with European leaders.

Billions of U.S. dollars and murderous shootings by extreme right militants enforced a regime change openly directed by U.S. Assistant Secretary of State Victoria Nuland (“F___ the EU”) producing a leadership in Kiev largely selected in Washington, and eager to join NATO.


By the end of the year, the government of “democratic Ukraine” was largely in the hands of U.S.-approved foreigners. The new minister of finance was a U.S. citizen of Ukrainian origin, Natalia Jaresko, who had worked for the State Department before going into private business. The minister of economy was a Lithuanian, Aïvaras Arbomavitchous, a former basketball champion. The ministry of health was taken by a former Georgian minister of health and labor, Sandro Kvitachvili.

Later, disgraced former Georgian president Mikheil Saakashvili was called in to take charge of the troubled port of Odessa. And Vice President Joe Biden was directly involved in reshuffling the Kiev cabinet as his son, Hunter Biden, was granted a profitable position with the Ukrainian gas company Barisma.

The vehemently anti-Russian thrust of this regime change aroused resistance in the southeastern parts of the country, largely inhabited by ethnic Russians. Eight days after more than 40 protesters were burned alive in Odessa,

 the provinces of Lugansk and Donetsk moved to secede in resistance to the coup.


The U.S.-installed regime in Kiev then launched a war against the provinces that continued for eight year, killing thousands of civilians.

And a referendum then returned Crimea to Russia. The peaceful return of Crimea was obviously vital to preserve Russia’s main naval base at Sebastopol from threatened NATO takeover. And since the population of Crimea had never approved the peninsula’s transfer to Ukraine by Nikita Khrushchev in 1954, the return was accomplished by a democratic vote, without bloodshed. This was in stark contrast to the detachment of the province of Kosovo from Serbia, accomplished in 1999 by weeks of NATO bombing.

But to the United States and most of the West, what was a humanitarian action in Kosovo was an unforgivable aggression in Crimea.


The Oval Office Back Door to NATO

Russia kept warning that NATO enlargement must not encompass Ukraine. Western leaders vacillated between asserting Ukraine’s “right” to join whatever alliance it chose and saying it would not happen right away. It was always possible that Ukraine’s membership would be vetoed by a NATO member, perhaps France or even Germany.

But meanwhile, o­n Sept. 1, 2021, Ukraine was adopted by the White House as Washington’s special geo-strategic pet. NATO membership was reduced to a belated formality. A Joint Statement o­n the U.S.-Ukraine Strategic Partnership issued by the White House announced that “Ukraine’s success is central to the global struggle between democracy and autocracy” – Washington’s current self-justifying ideological dualism, replacing the Free World versus Communism.


It went o­n to spell out a permanent casus belli against Russia:

“In the 21st century, nations cannot be allowed to redraw borders by force. Russia violated this ground rule in Ukraine. Sovereign states have the right to make their own decisions and choose their own alliances. The United States stands with Ukraine and will continue to work to hold Russia accountable for its aggression. America’s support for Ukraine’s sovereignty and territorial integrity is unwavering.”


The Statement also clearly described Kiev’s war against Donbass as a “Russian aggression.” And it made this uncompromising assertion: “The United States does not and will never recognize Russia’s purported annexation of Crimea…” (my emphasis). This is followed by promises to strengthen Ukraine’s military capacities, clearly in view of recovery of Donbass and Crimea.

Since 2014, the United States and Britain have surreptitiously transformed Ukraine into a NATO auxiliary, psychologically and militarily turned against Russia. However this looks to us, to Russian leaders this looked increasingly like nothing other than a buildup for an all-out military assault o­n Russia, Operation Barbarossa all over again. Many of us who tried to “understand Putin” failed to foresee the Russian invasion for the simple reason that we did not believe it to be in the Russian interest. We still don’t. But they saw the conflict as inevitable and chose the moment.

Ambiguous Echoes


Putin explaining his reasons for going to war. (AP screenshot from YouTube)


Putin justified Russia’s February 2022 “operation” in Ukraine as necessary to stop genocide in Lugansk and Donetsk. This echoed the U.S.-promoted R2P, Responsibility to Protect doctrine, notably the U.S./NATO bombing of Yugoslavia, allegedly to prevent “genocide” in Kosovo. In reality, the situation, both legal and especially human, is vastly more dire in Donbass than it ever was in Kosovo. However, in the West, any attempt at comparison of Donbass with Kosovo is denounced as “false equivalence” or what-about-ism.

But the Kosovo war is much more than an analogy with the Russian invasion of Donbass: it is a cause.


Above all, the Kosovo war made it clear that NATO was no longer a defensive alliance. Rather it had become an offensive force, under U.S. command, that could authorize itself to bomb, invade or destroy any country it chose. The pretext could always be invented: a danger of genocide, a violation of human rights, a leader threatening to “kill his own people”. Any dramatic lie would do. With NATO spreading its tentacles, nobody was safe. Libya provided a second example.

Putin’s announced goal of “denazification” also might have been expected to ring a bell in the West. But if anything, it illustrates the fact that “Nazi” does not mean quite the same thing in East and West. In Western countries, Germany or the United States, “Nazi” has come to mean primarily anti-Semitic. Nazi racism applies to Jews, to Roma, perhaps to homosexuals.

But for the Ukrainian Nazis, racism applies to Russians. The racism of the Azov Battalion, which has been incorporated into Ukrainian security forces, armed and trained by the Americans and the British, echoes that of the Nazis: the Russians are a mixed race, partly “Asiatic” due to the Medieval Mongol conquest, whereas the Ukrainians are pure white Europeans.


Some of these fanatics proclaim that their mission is to destroy Russia. In Afghanistan and elsewhere, the United States supported Islamic fanatics, in Kosovo they supported gangsters. Who cares what they think if they fight o­n our side against the Slavs?

Ukraine 24 presenter goes full Nazi, endorses Adolf Eichmann to call for genocide of Russians.

"By killing children, they will never grow up and the nation will disappear… and I hope that everyone will contribute and kill at least o­ne Muscovite." pic.twitter.com/EAtTzhbaDT

— Dan Cohen (@dancohen3000) March 15, 2022


Conflicting War Aims

For Russian leaders, their military “operation” is intended to prevent the Western invasion they fear. They still want to negotiate Ukrainian neutrality. For the Americans, whose strategist Zbigniew Brzezinski boasted of having lured the Russians into the Afghanistan trap (giving them “their Vietnam”), this is a psychological victory in their endless war. The Western world is united as never before in hating Putin. Propaganda and censorship surpass even World War levels. The Russians surely want this “operation” to end soon, as it is costly to them in many ways. The Americans rejected any effort to prevent it, did everything to provoke it, and will extract whatever advantages they can from its continuation.


Today Volodymyr Zelensky implored the U.S. Congress to give Ukraine more military aid. The aid will keep the war going. Anthony Blinken told NPR that the United States is responding by “denying Russia the technology it needs to modernize its country, to modernize key industries: defense and aerospace, its high-tech sector, energy exploration.”

The American war aim is not to spare Ukraine, but to ruin Russia. That takes time.

The danger is that the Russians won’t be able to end this war, and the Americans will do all they can to keep it going.


Diana Johnstone was press secretary of the Green Group in the European Parliament from 1989 to 1996. In her latest book, Circle in the Darkness: Memoirs of a World Watcher (Clarity Press, 2020), she recounts key episodes in the transformation of the German Green Party from a peace to a war party. Her other books include Fools’ Crusade: Yugoslavia, NATO and Western Delusions (Pluto/Monthly Review) and in co-authorship with her father, Paul H. Johnstone, From MAD to Madness: Inside Pentagon Nuclear War Planning (Clarity Press). She can be reached at diana.johnstone@wanadoo.fr

The views expressed are solely those of the author and may or may not reflect those
Consortium News.



Для Вашингтона война никогда не кончается

16 марта 2022 г.


Образование Организации Североатлантического договора (НАТО) и перевооружение Германии подтвердили, что для США война в Европе еще не окончена. Все еще нет.


Это продолжается и продолжается. «Война за прекращение войны» 1914–1918 годов привела к войне 1939–1945 годов, известной как Вторая мировая война. И эта тоже никогда не заканчивалась, главным образом потому, что для Вашингтона это была Хорошая война, война, которая создала американский век: почему не американский тысячелетие? Конфликт на Украине может стать той искрой, которая разожжет то, что мы уже называем Третьей мировой войной.


Но это не новая война. Это та же самая старая война, продолжение той, которую мы называем Второй мировой войной, которая не была одной и той же войной для всех, кто в ней участвовал. Война в России и война в Америке были очень и очень разными.


Вторая мировая война России

Для русских война была опытом массовых страданий, горя и разрушений. Нацистское вторжение в Советский Союз было совершенно безжалостным, движимым расистской идеологией презрения к славянам и ненависти к «евреям-большевикам». По оценкам, погибло 27 миллионов человек, около двух третей из них — мирные жители. Несмотря на огромные потери и страдания, Красной Армии удалось переломить нацистскую волну завоеваний, покорившую большую часть Европы.

Эта гигантская борьба за изгнание немецких захватчиков с их земли известна русским как Великая Отечественная война, питающая национальную гордость, которая помогла людям утешиться за все, через что им пришлось пройти. Но какой бы ни была гордость за победу, ужасы войны внушали подлинное стремление к миру.


Вторая мировая война Америки

Вторая мировая война в Америке (как и Первая мировая война) произошла где-то в другом месте. Это очень большая разница. Война позволила Соединенным Штатам стать самой богатой и могущественной страной на земле. Американцев учили никогда не идти на компромисс, ни предотвращать войну («Мюнхен»), ни прекращать ее («безоговорочная капитуляция» — НЕ американский путь). Праведная непримиримость была подходящей позицией Добра в его битве со Злом.

Военная экономика вывела США из депрессии. Военное кейнсианство стало ключом к процветанию. Родился Военно-промышленный комплекс. Чтобы Пентагону продолжать предоставлять контракты каждому избирательному округу Конгресса и гарантировать прибыль инвесторам с Уолл-Стрит, ему нужен был новый враг. Коммунистическая паника — та самая паника, которая способствовала возникновению фашизма, — сделала свое дело.


Холодная война: продолжение Второй мировой войны

Словом, после 1945 года для России Вторая мировая война закончилась. Для Соединенных Штатов это было не так. То, что мы называем холодной войной, было ее добровольным продолжением лидерами в Вашингтоне. Она была увековечена теорией о том, что российский оборонительный «железный занавес» представляет собой военную угрозу для остальной Европы.

В конце войны главной задачей безопасности Сталина было предотвратить повторение подобного вторжения. Вопреки западным интерпретациям, продолжающийся контроль Москвы над странами Восточной Европы, которые она оккупировала на пути к победе в Берлине, был вдохновлен не столько коммунистической идеологией, сколько решимостью создать буферную зону в качестве препятствия для повторного вторжения с Запада.

Сталин уважал ялтинские границы между Востоком и Западом и отказывался поддерживать борьбу не на жизнь, а на смерть греческих коммунистов. Москва предостерегла лидеров крупных западноевропейских коммунистических партий воздерживаться от революции и играть по правилам буржуазной демократии. Советская оккупация могла быть жестокой, но носила решительно оборонительный характер. Советское спонсирование движений за мир было совершенно подлинным.

Образование Организации Североатлантического договора (НАТО) и перевооружение Германии подтвердили, что для Соединенных Штатов война в Европе еще не окончена. Вялая «денацификация» США своего сектора оккупированной Германии сопровождалась организованной утечкой мозгов немцев, которые могли быть полезны Соединенным Штатам в их перевооружении и шпионаже (от Вернера фон Брауна до Рейнхарда Гелена).

Западная Германия присоединилась к НАТО в 1955 году, что привело к формированию конкурирующего Варшавского договора во время холодной войны. (Бундесархив, CC BY-SA 3.0, Wikimedia Commons)


Идеологическая победа Америки

На протяжении всей холодной войны Соединенные Штаты посвящали свою науку и промышленность созданию гигантского арсенала смертоносного оружия, которое сеяло разрушения, но не принесло США победы в Корее или Вьетнаме. Но военное поражение не отменило идеологической победы Америки.

Величайшим триумфом американского империализма стало распространение его само оправдательных образов и идеологии, прежде всего в Европе. Доминирование американской индустрии развлечений распространило свое особое сочетание баловства и морального дуализма по всему миру, особенно среди молодежи. Голливуд убедил Запад, что Вторую мировую войну в основном выиграли войска США и их союзники во время вторжения в Нормандию.

Америка продавала себя как последнюю силу Добра, а также как единственное веселое место для жизни. Русские были серыми и зловещими.

В самом Советском Союзе многие люди не были застрахованы от привлекательности американского само прославления. Кое-кто, видимо, даже думал, что холодная война — это все большое недоразумение, и что если мы будем очень милы и дружелюбны, то и Запад будет милым и добрым. тоже дружелюбно. Михаил Горбачев был восприимчив к этому оптимизму.

Бывший посол США в Москве Джек Мэтлок вспоминает, что в 1980-е годы среди российской элиты было широко распространено желание освободить Россию от предполагаемого бремени Советского Союза. Именно руководство, а не массы, осуществило самоуничтожение Советского Союза, оставив Россию в качестве государства-правопреемника, с ядерным оружием и правом вето ООН на СССР при пропитанном алкоголем президентстве Бориса Ельцина и подавляющем влиянии США. в течение 1990-х годов.


Новая НАТО

Модернизация России за последние три века отмечена полемикой между «западниками» — теми, кто видит прогресс России в подражании более передовому Западу, — и «славянофилами», считающими, что материальная отсталость нации компенсируется неким духовным превосходством. , возможно, основанный на простой демократии традиционной деревни.

В России марксизм был вестернизирующей концепцией. Но официальный марксизм не изгладил восхищения «капиталистическим» Западом и в особенности Америкой. Горбачев мечтал о «нашем общем европейском доме», живущем какой-то социал-демократией. В 1990-х Россия просила только быть частью Запада.

То, что произошло дальше, доказало, что вся «коммунистическая паника», оправдывающая холодную войну, была ложной. Предлог. Фейк, призванный увековечить военное кейнсианство и особую войну Америки для сохранения собственной экономической и идеологической гегемонии.

Советского Союза больше не было. Советского коммунизма больше не было. Не было ни советского блока, ни Варшавского договора. У НАТО больше не было причин для существования.

Но в 1999 году НАТО отметило свое 50-летие бомбардировкой Югославии и тем самым превратило себя из оборонительного в агрессивный военный альянс. Югославия была внеблоковой, не принадлежала ни к НАТО, ни к Варшавскому договору. Это не угрожало никакой другой стране. Без разрешения Совета Безопасности или оправдания самообороны агрессия НАТО нарушила международное право.

В то же время, в нарушение неписаных, но горячих дипломатических обещаний российскому руководству, НАТО приняла в свои члены Польшу, Венгрию и Чехию. Пять лет спустя, в 2004 году, НАТО приняло Румынию, Болгарию, Словакию, Словению и три прибалтийские республики. Тем временем членов НАТО втягивали в войну в Афганистане, первую и единственную «защиту члена НАТО», а именно США.


Понять Путина — или нет

Тем временем Владимир Путин был выбран Ельциным своим преемником, отчасти, без сомнения, потому, что, будучи бывшим офицером КГБ в Восточной Германии, он имел некоторое знание и понимание Запада. Путин вытащил Россию из руин, вызванных тем, что Ельцин принял разработанную американцами политику экономического шока.

Путин положил конец самым вопиющим грабежам, навлекая на себя гнев раскулаченных олигархов, которые использовали свои проблемы с законом, чтобы убедить Запад в том, что они стали жертвами преследований (пример: нелепый закон Магнитского).

11 февраля 2007 года российский западник Путин отправился в центр западной силы, на Мюнхенскую конференцию по безопасности, и попросил, чтобы Запад понял его. Это легко понять, если захотеть. Путин бросил вызов навязываемому США «однополярному миру» и подчеркнул стремление России «взаимодействовать с ответственными и независимыми партнерами, с которыми мы могли бы вместе работать над построением справедливого и демократического мирового порядка, обеспечивающего безопасность и процветание не только избранным, но для всех». Реакцией ведущих западных партнеров было возмущение, неприятие и 15-летняя кампания в СМИ, изображающая Путина каким-то демоническим существом.

Действительно, после этого выступления не было предела оскорблениям западных СМИ в адрес Путина и России. И в этом пренебрежительном обращении мы видим две версии Второй мировой войны. В 2014 году мировые лидеры собрались в Нормандии, чтобы отметить 70-ю годовщину высадки американских и британских войск в день «Д».

Фактически, это вторжение 1944 года столкнулось с трудностями, хотя немецкие войска были в основном сосредоточены на Восточном фронте, где они проигрывали войну Красной Армии. Москва начала спецоперацию именно для того, чтобы отвлечь немецкие войска от нормандского фронта. Несмотря на это, прогресс союзников не мог опередить Красную Армию до Берлина.

Однако благодаря Голливуду многие на Западе считают день «Д» решающей операцией Второй мировой войны. Чтобы почтить это событие, там присутствовали Владимир Путин и канцлер Германии Ангела Меркель.

Затем, в следующем году, мировые лидеры были приглашены на пышный парад Победы в Москве, посвященный 70-летию окончания Второй мировой войны. Лидеры США, Великобритании и Германии предпочли не участвовать.

Это согласовывалось с бесконечной серией западных жестов презрения к России и ее решающему вкладу в разгром нацистской Германии (она уничтожила 80 процентов вермахта). 19 сентября 2019 года Европейский парламент принял резолюцию о «важности европейской памяти для будущего Европы», в которой совместно обвинилиСоветский Союз и нацистскую Германию в развязывании Второй мировой войны.

Владимир Путин ответил на это беспричинное оскорбление в большой статье «Уроки Второй мировой войны», опубликованной на английском языке в The National Interest по случаю 75-летия окончания войны. Путин ответил тщательным анализом причин войны и ее глубокого влияния на жизни людей, оказавшихся в ловушке кровавой 872-дневной нацистской блокады Ленинграда (ныне Санкт-Петербург), включая его собственных родителей, чей двухлетний сын был одним из 800 000 погибших.

Блокада Ленинграда, 1942 год. (Ав. Борис Кудояров/РИА Новости архив. Лицензия: CC BY SA 3.0)

Очевидно, Путин был глубоко оскорблен постоянным отказом Запада понять смысл войны в России. «Осквернение и оскорбление памяти — это подло», — написал Путин. «Подлость может быть нарочитой, лицемерной, а чуть ли не намеренной, как в ситуации, когда в декларациях, приуроченных к 75-летию окончания Второй мировой войны, упоминаются все участники антигитлеровской коалиции, кроме Советского Союза».

И все это время НАТО продолжало расширяться на восток, все более и более открыто нацеливая Россию на массовые военные учения на ее сухопутных и морских границах.


Захват Украины США

Окружение России сделало качественный скачок вперед с захватом Украины в 2014 году Соединенными Штатами. Западные СМИ описали это сложное событие как народное восстание, но народные восстания могут быть подавлены силами, преследующими свои собственные цели, и это было так. Избранный президент Виктор Янукович был свергнут с помощью насилия на следующий день после того, как он согласился на досрочные выборы по соглашению с европейскими лидерами.

Миллиарды долларов США и кровавые расстрелы, совершенные крайне правыми боевиками, привели к смене режима под открытым руководством помощника госсекретаря США Виктории Нуланд («К черту ЕС»), создав руководство в Киеве, в значительной степени избранное в Вашингтоне и стремящееся вступить в НАТО.

К концу года правительство «демократической Украины» в основном находилось в руках одобренных США иностранцев. Новым министром финансов стала гражданка США украинского происхождения Наталья Яресько, которая до того, как занялась частным бизнесом, работала в Госдепартаменте. Министром экономики был литовец Айварас Арбомавичус, бывший чемпион по баскетболу. Министр здравоохранения занял бывший министр здравоохранения и труда Грузии Сандро Квитачвили.

Позже опального бывшего президента Грузии Михаила Саакашвили призвали возглавить проблемный Одесский порт. А вице-президент Джо Байден принимал непосредственное участие в перестановках в киевском кабинете министров, поскольку его сын Хантер Байден получил выгодную должность в украинской газовой компании Barisma. Яростно антироссийская направленность этой смены режима вызвала сопротивление в юго-восточных районах страны, в основном населенных этническими русскими. Спустя восемь дней после того, как в Одессе заживо сожгли более 40 протестующих, Луганская и Донецкая области вышли из состава, сопротивляясь перевороту.

Затем установленный США режим в Киеве начал войну против провинций, которая продолжалась восемь лет, в результате чего погибли тысячи мирных жителей. И референдум потом вернул Крым России. Мирное возвращение Крыма, очевидно, было жизненно необходимо для защиты главной военно-морской базы России в Севастополе от угрозы захвата НАТО. А поскольку население Крыма никогда не одобряло передачу полуострова Украине Никитой Хрущевым в 1954 году, возвращение было осуществлено демократическим голосованием, без кровопролития. Это резко контрастировало с отделением провинции Косово от Сербии, достигнутым в 1999 году в результате нескольких недель бомбардировок НАТО. Но для Соединенных Штатов и большей части Запада то, что было гуманитарной акцией в Косово, было непростительной агрессией в Крыму.


Черный ход Овального кабинета в НАТО

Россия постоянно предупреждала, что расширение НАТО не должно охватывать Украину. Западные лидеры колебались между отстаиванием «права» Украины на вступление в любой союз, который она выбрала, и заявлением, что это не произойдет сразу. Всегда было возможно, что на членство Украины будет наложено вето членом НАТО, возможно, Францией или даже Германией.

А тем временем 1 сентября 2021 года Украина была принята Белым домом в качестве особого геостратегического питомца Вашингтона. Членство в НАТО было сведено к запоздалой формальности. В Совместном заявлении о стратегическом партнерстве между США и Украиной, опубликованном Белым домом, говорится, что «успех Украины занимает центральное место в глобальной борьбе между демократией и автократией» — нынешний самооправдательный идеологический дуализм Вашингтона, заменяющий свободный мир против коммунизма.


Далее в нем излагался постоянный casus belli против России:

«В 21 веке нельзя позволять нациям перекраивать границы силой. Россия нарушила это основное правило в Украине. Суверенные государства имеют право принимать собственные решения ионы и выбирать свои собственные союзы. Соединенные Штаты поддерживают Украину и будут продолжать работать над тем, чтобы привлечь Россию к ответственности за ее агрессию. Поддержка Америки суверенитета и территориальной целостности Украины непоколебима».

В Заявлении также четко охарактеризована война Киева против Донбасса как «российская агрессия».И сделано это бескомпромиссное утверждение: «Соединенные Штаты не признают и никогда не признают предполагаемую аннексию Крыма Россией…» (курсив мой). Далее следуют обещания усилить военный потенциал Украины, явно с учетом восстановления Донбасса и Крыма.

С 2014 года США и Великобритания тайно превратили Украину во вспомогательную организацию НАТО, психологически и в военном отношении настроенную против России. Как бы это ни выглядело для нас, для российских руководителей это все больше походило не на что иное, как на подготовку полномасштабного военного нападения на Россию, повторение операции «Барбаросса». Многие из нас, пытавшихся «понять Путина», не смогли предвидеть российского вторжения по той простой причине, что не верили, что это отвечает интересам России. Мы все еще не знаем. Но они видели конфликт как неизбежный и выбрали момент.


Неоднозначное эхо

Путин оправдал российскую «операцию» в Украине в феврале 2022 года необходимостью остановить геноцид в Луганске и Донецке. Это перекликалось с продвигаемой США R2P, доктриной «Ответственность по защите», особенно с бомбардировками Югославии США/НАТО, якобы для предотвращения «геноцида» в Косово. На самом деле ситуация, как юридическая, так и особенно человеческая, в Донбассе куда более тяжелая, чем когда-либо в Косово. Однако на Западе любая попытка сравнения Донбасса с Косово осуждается как «ложная эквивалентность» или «а как насчет этого». Но война в Косово — это гораздо больше, чем аналогия с российским вторжением в Донбасс: это причина.

Прежде всего, война в Косово показала, что НАТО больше не является оборонительным союзом. Скорее, она стала наступательной силой под командованием США, которая могла позволить себе бомбить, вторгаться или разрушать любую страну по своему выбору. Предлог всегда можно было придумать: опасность геноцида, нарушение прав человека, вождь угрожает «убить собственный народ». Подойдет любая драматическая ложь. Когда НАТО раскинуло свои щупальца, никто не был в безопасности. Ливия представила второй пример.

Можно было ожидать, что объявленная Путиным цель «деназификации» вызовет интерес на Западе. Но, во всяком случае, это иллюстрирует тот факт, что «нацист» означает не совсем одно и то же на Востоке и на Западе. В западных странах, Германии или Соединенных Штатах слово «нацист» стало означать прежде всего антисемитское. Нацистский расизм применим к евреям, цыганам, возможно, к гомосексуалистам.

Но для украинских нацистов расизм распространяется на русских. Расизм батальона «Азов», который был включен в состав украинских сил безопасности, вооружен и обучен американцами и британцами, перекликается с расизмом нацистов: русские — смешанная раса, отчасти «азиатская» из-за средневекового монгольского завоевания, тогда как украинцы чисто белые европейцы.

Некоторые из этих фанатиков заявляют, что их миссия — уничтожить Россию. В Афганистане и других местах США поддерживали исламских фанатиков, в Косово — бандитов. Какая разница, что они думают, если они воюют на нашей стороне против славян?

Ведущий «Украина 24» становится полным нацистом и поддерживает призыв Адольфа Эйхмана к геноциду русских. «Убивая детей, они никогда не вырастут, и нация исчезнет… и я надеюсь, что каждый внесет свой вклад и убьет хотя бы одного москвича». pic.twitter.com/EAtTzhbaDT — Дэн Коэн (@dancohen3000) 15 марта 2022 г.


Противоречивые цели войны

Для российских лидеров их военная «операция» предназначена для предотвращения западного вторжения, которого они опасаются. Они все еще хотят вести переговоры о нейтралитете Украины. Для американцев, чей стратег Збигнев Бжезинский хвалился тем, что заманил русских в афганскую ловушку (отдав им «их Вьетнам»), это психологическая победа в их бесконечной войне. Западный мир как никогда един в своей ненависти к Путину. Пропаганда и цензура превосходят даже уровень мировой войны. Русские наверняка хотят, чтобы эта «операция» поскорее закончилась, так как она дорого им обходится во многих отношениях. Американцы отвергли любые попытки ее предотвратить, сделали все, чтобы ее спровоцировать, и извлекут из ее продолжения все, что смогут.

Сегодня Владимир Зеленский призвал Конгресс США оказать Украине больше военной помощи. Помощь будет продолжать войну. Энтони Блинкен сказал NPR, что Соединенные Штаты в ответ «отказывают России в технологиях, необходимых ей для модернизации своей страны, для модернизации ключевых отраслей: обороны и аэрокосмической отрасли, ее высокотехнологичного сектора, разведки энергетики».

Цель американской войны не в том, чтобы пощадить Украину, а в том, чтобы погубить Россию. Это требует времени.

Опасность в том, что русские не смогут закончить эту войну, а американцы сделают все возможное, чтобы она продолжалась.


Дайана Джонстон была пресс-секретарь Группы зеленых в Европейском парламенте с 1989 по 1996 год. В своей последней книге «Круг во тьме: воспоминания наблюдателя за миром» (Clarity Press, 2020) она рассказывает о ключевых эпизодах трансформации Немецкой партии зеленых из партия мира к войне. Другие ее книги включают «Крестовый поход дураков: Югославия, НАТО и западные иллюзии» (Pluto/Monthly Review) и в соавторстве с ее отцом, Полом Х. Джонстоном, «От БЕЗУМИЯ к безумию: Планирование ядерной войны внутри Пентагона» (Clarity Press). С ней можно связаться по адресу diana.johnstone@wanadoo.fr



Джонстон: Анатомия украинской войны США


Дорогая Диана!

Мы восхищаемся вашим глубоким анализом гибридной украинской войны США, начиная с 1991 года, как продолжение ВМВ и холодной войны. Читатель не найдет нигде подобного анализа в столь масштабной, более вековой исторической перспективе с ключевыми верифицирующими фактами, исключающими всякое подозрение на пропаганду.

Ваша ключевая мысль: США исторически заинтересованы не в окончании, а в продолжении своих войн. Отсюда, мудрое и точное название статьи: «Для Вашингтона война никогда не кончается». Действительно, война США, начатая с ее рождения, 246 лет назад, продолжается бесконечно 230 лет из них (https://washingtonsblog.com/how-many-years-has-the-u-s-been-at-war/), 93% всей ее несчастной военной истории, превратив США в патологическое, больное общество, наркотически зависимое от войны (https://peacefromharmony.org/?cat=en_c&key=668). Сейчас США продолжают ВМВ и холодную войну, идеологически победив в ней Россию и «захватив Украину» в государственном перевороте 2014 года, что позволило США вести открытую гибридную войну против России «до последнего украинца».

Ваши истинные выводы. «Для российских лидеров их военная «операция» предназначена для предотвращения западного вторжения… Русские наверняка хотят, чтобы эта «операция» поскорее закончилась, так как она дорого им обходится во многих отношениях. Американцы отвергли любые попытки ее предотвратить, сделали все, чтобы ее спровоцировать, и извлекут из ее продолжения все, что смогут… Цель американской войны не в том, чтобы пощадить Украину, а в том, чтобы погубить Россию. Это требует времени. Опасность в том, что русские не смогут закончить эту войну, а американцы сделают все возможное, чтобы она продолжалась

Но русские скоро закончат эту войну и в День Победы, 9 мая, будут праздновать Победу не только над Германским, но и над Украинским фашизмом, с последующими Украинским и Американским Нюрнбергом. Это неизбежно. Ваша статья – весомый вклад не только в военную Победу, но и в грядущую информационную победу России после всех Нюрнбергов и нового, секретного интеллектуального оружия «величайшей силы ненасилия, более мощной, чем любое разрушительное оружие».

Лев Семашко,



Johnston: Anatomy of the USA Ukrainian War


Dear Diana,

We admire your in-depth analysis of the U.S. hybrid Ukrainian war starting in 1991 as a continuation of WWII and the Cold War. The reader will not find such an analysis anywhere in similar large-scale, more than a century historical perspective with key verifying facts that exclude any suspicion of propaganda.

Your key point: The USA is historically interested not in ending, but in continuing its wars. Hence, the wise and accurate title of the article: "For Washington, War Never Ends." Indeed, the US war that began from its birth, 246 years ago, continues indefinitely for 230 of it (https://washingtonsblog.com/how-many-years-has-the-us-been-at-war/), 93 % of its entire unfortunate military history, turning the USA into a pathological, sick society drug-addicted to war (https://peacefromharmony.org/?cat=en_c&key=668). Now the USA continues WWII and the Cold War, having ideologically defeated Russia in it and "captured Ukraine" in the 2014 coup d'état, which allowed the USA to wage an open hybrid war against Russia "to the last Ukrainian."

Your true conclusions are: ““For Russian leaders, their military “operation” is intended to prevent the Western invasion they fear… The Russians surely want this “operation” to end soon, as it is costly to them in many ways. The Americans rejected any effort to prevent it, did everything to provoke it, and will extract whatever advantages they can from its continuation... The American war aim is not to spare Ukraine, but to ruin Russia. That takes time. The danger is that the Russians won’t be able to end this war, and the Americans will do all they can to keep it going.”

But the Russians will end this war soon and o­n Victory Day, May 9, they will celebrate the Victory not o­nly over German, but also over Ukrainian fascism, followed by Ukrainian and American Nuremberg. It's unavoidable.

Your article is a significant contribution not o­nly to the military Victory, but also to the coming informational victory of Russia after all the Nurembergs and the new, secret intellectual weapon of "the greatest force of nonviolence, mightier than the mightiest destructive weapon."

Dr. Leo Semashko,



US Foreign Policy Is a Cruel Sport


Diana Johnstone

in Paris

Special to Consortium News

February 23, 2022

Bear baiting was long ago banned as inhumane. Yet today, a version is being practiced every day against whole nations o­n a gigantic international scale.


In the time of the first Queen Elizabeth, British royal circles enjoyed watching fierce dogs torment a captive bear for the fun of it.  The bear had done no harm to anyone, but the dogs were trained to provoke the imprisoned beast and goad it into fighting back.  Blood flowing from the excited animals delighted the spectators.

This cruel practice has long since been banned as inhumane.

And yet today, a version of bear baiting is being practiced every day against whole nations o­n a gigantic international scale.  It is called United States foreign policy. It has become the regular practice of the absurd international sports club called NATO.

         United States leaders, secure in their arrogance as “the indispensable nation,” have no more respect for other countries than the Elizabethans had for the animals they tormented. The list is long of targets of U.S. bear baiting, but Russia stands out as prime example of constant harassment.  And this is no accident.  The baiting is deliberately and elaborately planned.

As evidence, I call attention to a 2019 report by the RAND corporation to the U.S. Army chief of staff entitled “Extending Russia.” Actually, the RAND study itself is fairly cautious in its recommendations and warns that many perfidious tricks might not work.  However, I consider the very existence of this report scandalous, not so much for its content as for the fact that this is what the Pentagon pays its top intellectuals to do: figure out ways to lure other nations into troubles U.S. leaders hope to exploit.

The official U.S. line is that the Kremlin threatens Europe by its aggressive expansionism, but when the strategists talk among themselves the story is very different.  Their goal is to use sanctions, propaganda and other measures to provokeRussia into taking the very sort of negative measures (“over-extension”) that the U.S. can exploit to Russia’s detriment.

         The RAND study explains its goals:

“We examine a range of nonviolent measures that could exploit Russia’s actual vulnerabilities and anxieties as a way of stressing Russia’s military and economy and the regime’s political standing at home and abroad. The steps we examine would not have either defense or deterrence as their prime purpose, although they might contribute to both. Rather, these steps are conceived of as elements in a campaign designed to unbalance the adversary, leading Russia to compete in domains or regions where the United States has a competitive advantage, and causing Russia to overextend itself militarily or economically or causing the regime to lose domestic and/or international prestige and influence.”

Clearly, in U.S. ruling circles, this is considered “normal” behavior, just as teasing is normal behavior for the schoolyard bully, and sting operations are normal for corrupt FBI agents.

This description perfectly fits U.S. operations in Ukraine, intended to “exploit Russia’s vulnerabilities and anxieties” by advancing a hostile military alliance o­nto its doorstep, while describing Russia’s totally predictable reactions as gratuitous aggression.  Diplomacy involves understanding the position of the other party.  But verbal bear baiting requires total refusal to understand the other, and constant deliberate misinterpretation of whatever the other party says or does.

         What is truly diabolical is that, while constantly accusing the Russian bear of plotting to expand, the whole policy is directed at goading it into expanding!  Because then we can issue punishing sanctions, raise the Pentagon budget a few notches higher and tighten the NATO Protection Racket noose tighter around our precious European “allies.”

For a generation, Russian leaders have made extraordinary efforts to build a peaceful partnership with “the West,” institutionalized as the European Union and above all, NATO. They truly believed that the end of the artificial Cold War could produce a peace-loving European neighborhood. But arrogant United States leaders, despite contrary advice from their best experts, rejected treating Russia as the great nation it is, and preferred to treat it as the harassed bear in a circus.

The expansion of NATO was a form of bear-baiting, the clear way to transform a potential friend into an enemy. That was the way chosen by former U.S. President Bill Clinton and following administrations.  Moscow had accepted the independence of former members of the Soviet Union.  Bear-baiting involved constantly accusing Moscow of plotting to take them back by force.

Russia’s Borderland


Ukraine is a word meaning borderlands, essentially the borderlands between Russia and the territories to the West that were sometimes part of Poland, or Lithuania, or Habsburg lands.  As a part of the U.S.S.R., Ukraine was expanded to include large swaths of both.  History had created very contrasting identities o­n the two extremities, with the result that the independent nation of Ukraine, which came into existence o­nly in 1991, was deeply divided from the start.  And from the start, Washington strategies, in cahoots with a large, hyperactive anti-communist anti-Russian diaspora in the U.S. and Canada, contrived to use the bitterness of Ukraine’s divisions to weaken first the U.S.S.R. and then Russia.  Billions of dollars were invested in order to “strengthen democracy” – meaning the pro-Western west of Ukraine against its semi-Russian east.

The 2014 U.S.-backed coup that overthrew President Viktor Yukanovych, solidly supported by the east of the country, brought to power pro-West forces determined to bring Ukraine into NATO, whose designation of Russia as prime enemy had become ever more blatant. This caused the prospect of an eventual NATO capture of Russia’s major naval base at Sebastopol, o­n the Crimean peninsula. 

Since the Crimean population had never wanted to be part of Ukraine, the peril was averted by organizing a referendum in which an overwhelming majority of Crimeans voted to return to Russia, from which they had been severed by an autocratic Khrushchev ruling in 1954.  Western propagandists relentlessly denounced this act of self-determination as a “Russian invasion” foreshadowing a program of Russian military conquest of its Western neighbors – a fantasy supported by neither facts nor motivation.

Appalled by the coup overthrowing the president they had voted for, by nationalists threatening to outlaw the Russian language they spoke, the people of the eastern provinces of Donetsk and Lugansk declared their independence.


Russia did not support this move, but instead supported the Minsk agreement, signed in February 2015 and endorsed by a UN Security Council resolution. The gist of the accord was to preserve the territorial integrity of Ukraine by a federalization process that would return the breakaway republics in return for their local autonomy.

The Minsk agreement set out a few steps to end the internal Ukrainian crisis. First, Ukraine was supposed to immediately adopt a law granting self-government to eastern regions (in March 2015). Next, Kiev would negotiate with eastern territories over guidelines for local elections to be held that year under OSCE supervision.  Then Kiev would implement a constitutional reform guaranteeing eastern right. After the elections, Kiev would take full control of Donetsk and Lugansk, including border with Russia.  A general amnesty would cover soldiers o­n both sides.

         However, although it signed the agreement, Kiev has never implemented any of these points and refuses to negotiate with the eastern rebels.  Under the so-called Normandy agreement, France and Germany were expected to put pressure o­n Kiev to accept this peaceful settlement, but nothing happened. Instead, the West has accused Russia of failing to implement the agreement, which makes no sense inasmuch as the obligations to implement fall o­n Kiev, not o­n Moscow.  Kiev officials regularly reiterate their refusal to negotiate with the rebels, while demanding more and more weaponry from NATO powers in order to deal with the problem in their own way.

Meanwhile, major parties in the Russian Duma and public opinion have long expressed concern for the Russian-speaking population of the eastern provinces, suffering from privations and military attack from the central government for eight years. This concern is naturally interpreted in the West as a remake of Hitler’s drive to conquest neighboring countries.  However, as usual the inevitable Hitler analogy is baseless. For o­ne thing, Russia is too large to need to conquer Lebensraum.


You Want an Enemy?  Now You’ve Got o­ne

Germany has found the perfect formula for Western relations with Russia: Are you or are you not a “Putinversteher,” a “Putin understander?” By Putin they mean Russia, since the standard Western propaganda ploy is to personify the targeted country with the name of its president, Vladimir Putin, necessarily a dictatorial autocrat.   If you “understand” Putin, or Russia, then you are under deep suspicion of disloyalty to the West.  So, all together now, let us make sure that we DO NOT UNDERSTAND Russia!

Russian leaders claim to feel threatened by members of a huge hostile alliance, holding regular military manoeuvers o­n their doorstep?  They feel uneasy about nuclear missiles aimed at their territory from nearby NATO member states?  Why, that’s just paranoia, or a sign of sly, aggressive intentions.  There is nothing to understand.

So, the West has treated Russia like a baited bear.  And what it’s getting is a nuclear-armed, militarily powerful adversary nation led by people vastly more thoughtful and intelligent than the mediocre politicians in office in Washington, London and a few other places.

         U.S. President Joe Biden and his Deep State never wanted a peaceful solution in Ukraine, because troubled Ukraine acts as a permanent barrier between Russia and Western Europe, ensuring U.S. control over the latter.  They have spent years treating Russia as an adversary, and Russia is now drawing the inevitable conclusion that the West will accept it o­nly as an adversary.  The patience is at an end. And this is a game changer.

First reaction: the West will punish the bear with sanctions!  Germany is stopping certification of the Nordstream 2 natural gas pipeline.  Germany thus refuses to buy the Russian gas it needs in order to make sure Russia won’t be able to cut off the gas it needs sometime in the future.  Now that’s a clever trick, isn’t it!  And meanwhile, with a growing gas shortage and rising prices, Russia will have no trouble selling its gas somewhere else in Asia.

When “our values” include refusal to understand, there is no limit to how much we can fail to understand.

To be continued.


Diana Johnstone was press secretary of the Green Group in the European Parliament from 1989 to 1996. In her latest book, Circle in the Darkness: Memoirs of a World Watcher (Clarity Press, 2020), she recounts key episodes in the transformation of the German Green Party from a peace to a war party. Her other books include Fools’ Crusade: Yugoslavia, NATO and Western Delusions (Pluto/Monthly Review) and in co-authorship with her father, Paul H. Johnstone, From MAD to Madness: Inside Pentagon Nuclear War Planning (Clarity Press). She can be reached at diana.johnstone@wanadoo.fr

The views expressed are solely those of the author and may or may not reflect those of Consortium News.






Внешняя политика США — жестокий спорт

Диана Джонстон

из Парижа

23 февраля 2022 г.


Травля медведя давно запрещена как бесчеловечная. Однако сегодня версия отрабатывается каждый день против целых народов в гигантском международном масштабе.


Во времена первой королевы Елизаветы британским королевским кругам нравилось наблюдать, как свирепые собаки мучают медведя в неволе ради забавы. Медведь никому не причинил вреда, но собаки были обучены провоцировать заключенного зверя и побуждать его к отпору. Кровь, текущая от возбужденных животных, привела зрителей в восторг. Эта жестокая практика давно запрещена как бесчеловечная.

И все же сегодня травля медведя практикуется каждый день против целых народов в гигантском международном масштабе. Это называется внешней политикой США. Это стало обычной практикой абсурдного международного спортивного клуба под названием НАТО.

Лидеры Соединенных Штатов, уверенные в своем высокомерии как «незаменимой нации», уважают другие страны не больше, чем елизаветинцы относились к животным, которых они мучили. Список целей травли медведей в США длинный, но Россия выделяется как яркий пример постоянных преследований. И это не случайно. Приманка намеренно и тщательно спланирована.

В качестве доказательства привлекаю внимание к докладу корпорации RAND за 2019 год начальнику штаба армии США под названием «Расширение России». Собственно, само исследование RAND довольно осторожно в своих рекомендациях и предупреждает, что многие коварные уловки могут не сработать. Однако я считаю само существование этого доклада скандальным не столько из-за его содержания, сколько из-за того, что Пентагон платит своим высшим интеллектуалам за то, чтобы они придумывали способы вовлечь другие страны в неприятности, которые надеются использовать лидеры США.

Официальная линия США заключается в том, что Кремль угрожает Европе своим агрессивным экспансионизмом, но когда стратеги разговаривают между собой, получается совсем другое. Их цель — использовать санкции, пропаганду и другие меры, чтобы спровоцировать Россию на принятие именно тех негативных мер («чрезмерное продление»), которые США могут использовать в ущерб России.

Исследование RAND объясняет свои цели:

«Мы изучаем ряд ненасильственных мер, которые могут использовать реальную уязвимость и опасения России как способ подчеркнуть российскую армию и экономику, а также политическое положение режима внутри страны и за рубежом. Шаги, которые мы рассматриваем, не будут иметь своей основной целью ни защиту, ни сдерживание, хотя они могут способствовать и тому, и другому. Скорее, эти шаги задуманы как элементы кампании, направленной на то, чтобы вывести противника из равновесия, вынуждая Россию конкурировать в областях или регионах, где Соединенные Штаты имеют конкурентное преимущество, и вынуждая Россию перенапрягаться в военном или экономическом отношении или заставляя режим проигрывать. внутренний и/или международный престиж и влияние».

Понятно, что в правящих кругах США это считается «нормальным» поведением, так же как поддразнивание является нормальным поведением для школьного хулигана, а спецоперации — нормальным явлением для коррумпированных агентов ФБР.

Это описание идеально подходит для операций США на Украине, направленных на «использование уязвимостей и опасений России» путем продвижения враждебного военного альянса к ее порогу, при этом полностью предсказуемая реакция России описывается как беспричинная агрессия. Дипломатия предполагает понимание позиции другой стороны. Но словесная травля медведя требует полного отказа от понимания другого и постоянного преднамеренного неправильного истолкования того, что другой говорит или делает.

Что действительно дьявольски, так это то, что, постоянно обвиняя русского медведя в заговоре с целью расширения, вся политика направлена ​​на то, чтобы подтолкнуть его к расширению! Потому что тогда мы сможем вводить карательные санкции, увеличить бюджет Пентагона на несколько ступеней и туже затянуть петлю Рэкета защиты НАТО вокруг наших драгоценных европейских «союзников».

На протяжении целого поколения российские лидеры прилагали исключительные усилия для построения мирного партнерства с «Западом», институционализированным в виде Европейского союза и, прежде всего, НАТО. Они искренне верили, что окончание искусственной холодной войны может создать миролюбивое европейское соседство. Но высокомерные лидеры Соединенных Штатов, несмотря на противоположные советы своих лучших экспертов, отказались относиться к России как к великой нации и предпочли относиться к ней как к затравленному медведю в цирке.

Расширение НАТО было формой травли медведя, четким способом превратить потенциального друга во врага. Именно по этому пути пошли бывший президент США Билл Клинтон и последующие администрации. Москва признала независимость бывших членов Советского Союза. Травля медведя заключалась в постоянном обвинении Москвы в заговоре с целью вернуть их силой.

Пограничье России


Украина — это слово, означающее пограничные земли, в основном пограничные земли между Россией и территориями на западе, которые иногда входили в состав Польши, Литвы или земель Габсбургов. В составе США. Украина была расширена за счет включения больших участков обоих. История создала очень контрастные идентичности на двух концах, в результате чего независимая Украина, возникшая только в 1991 году, с самого начала была глубоко разделена. И с самого начала стратегии Вашингтона в сговоре с большой, гиперактивной антикоммунистической и антироссийской диаспорой в США и Канаде ухитрились использовать озлобленность украинских разногласий, чтобы ослабить сначала СССР, а затем и Россию. Миллиарды долларов были вложены для того, чтобы «укрепить демократию» — имея в виду прозападный запад Украины против ее полуроссийского востока.

Поддержанный США переворот 2014 года, свергнувший президента Виктора Юнаковича, при твердой поддержке востока страны привел к власти прозападные силы, полные решимости ввести Украину в НАТО, чье обозначение России как главного врага стало еще более вопиющим. Это вызвало перспективу возможного захвата НАТО главной военно-морской базы России в Севастополе на Крымском полуострове.

Поскольку крымчане никогда не хотели быть частью Украины, опасности удалось избежать, организовав референдум, на котором подавляющее большинство крымчан проголосовало за возвращение в Россию, от которой они были отделены самодержавным Хрущевым в 1954 году. Западные пропагандисты безжалостно осудили этот акт самоопределения как «российское вторжение», предвещающее программу российского военного завоевания своих западных соседей — фантазия, не подкрепленная ни фактами, ни мотивами.

Напуганные переворотом, в результате которого был свергнут президент, за которого они голосовали, и угрозами националистов объявить вне закона русский язык, на котором они говорили, жители восточных областей Донецкой и Луганской областей провозгласили свою независимость.


Россия не поддержала этот шаг, а вместо этого поддержала Минские соглашения, подписанные в феврале 2015 года и одобренные резолюцией Совета Безопасности ООН. Суть соглашения заключалась в сохранении территориальной целостности Украины посредством процесса федерализации, который вернул бы отколовшиеся республики в обмен на их местную автономию.

В Минском соглашении изложены несколько шагов для выхода из внутриукраинского кризиса. Во-первых, Украина должна была немедленно принять закон о предоставлении самоуправления восточным областям (в марте 2015 г.). Затем Киев проведет переговоры с восточными территориями по вопросам местных выборов, которые должны состояться в этом году под наблюдением ОБСЕ. Затем Киев проведет конституционную реформу, гарантирующую восточное право. После выборов Киев получит полный контроль над Донецком и Луганском, включая границу с Россией. Всеобщая амнистия охватила бы солдат с обеих сторон.

Однако, несмотря на подписание соглашения, Киев так и не реализовал ни один из этих пунктов и отказывается вести переговоры с восточными повстанцами. По так называемому Нормандскому соглашению Франция и Германия должны были оказать давление на Киев, чтобы тот согласился на это мирное урегулирование, но ничего не произошло. Вместо этого Запад обвинил Россию в невыполнении соглашения, что не имеет смысла, поскольку обязательства по его выполнению ложатся на Киев, а не на Москву. Киевские официальные лица регулярно заявляют о своем отказе от переговоров с повстанцами, требуя при этом от держав НАТО все больше и больше вооружений, чтобы по-своему решать проблему.

Между тем крупные партии в российской Думе и общественное мнение давно выражают беспокойство за русскоязычное население восточных губерний, восемь лет страдающее от лишений и военных нападений со стороны центральной власти. Эта озабоченность, естественно, интерпретируется на Западе как римейк гитлеровского стремления завоевать соседние страны. Однако, как обычно, неизбежная аналогия с Гитлером беспочвенна. Во-первых, Россия слишком велика, чтобы завоевывать жизненное пространство.


Вы хотите врага? Теперь у вас есть один


Германия нашла идеальную формулу отношений Запада с Россией: вы или не «путинверстехер», «понимающий Путина»? Под Путиным они подразумевают Россию, поскольку стандартная западная пропагандистская уловка состоит в том, чтобы олицетворять страну-мишень именем ее президента Владимира Путина, обязательно диктаторского самодержца. Если вы «понимаете» Путина или Россию, то вы находитесь под глубоким подозрением в нелояльности к Западу. Итак, теперь все вместе, давайте сделаем так, чтобы мы НЕ ПОНИМАЛИ Россию!

Российские лидеры утверждают, что чувствуют угрозу со стороны членов огромного враждебного альянса, проводящего регулярные военные маневры прямо у их порога? Их беспокоят ядерные ракеты, нацеленные на их территорию из соседних стран-членов НАТО? Да ведь это просто паранойя, или признак коварных, агрессивных намерений. Нечего понимать.

Итак, Запад отнесся к России как к наживке. И то, что он получает, — это вооруженная ядерным оружием, мощная в военном отношении нация-противник, возглавляемая людьми, гораздо более вдумчивыми и умными, чем посредственные политики, находящиеся у власти в Вашингтоне, Лондоне и некоторых других местах.

Президент США Джо Байден и его глубинное государство никогда не хотел мирного решения на Украине, потому что неспокойная Украина выступает постоянным барьером между Россией и Западной Европой, обеспечивая контроль США над последней. Они годами относились к России как к противнику, и теперь Россия делает неизбежный вывод, что Запад примет ее только как противника. Терпению пришел конец. И это меняет правила игры.

Первая реакция: Запад накажет медведя санкциями! Германия прекращает сертификацию газопровода «Северный поток — 2». Таким образом, Германия отказывается покупать необходимый ей российский газ, чтобы убедиться, что Россия не сможет когда-нибудь в будущем отключить газ, в котором она нуждается. Вот это хитрый трюк, не правда ли! А между тем, при растущем дефиците газа и росте цен, Россия без проблем продаст свой газ еще где-нибудь в Азии.

Когда «наши ценности» включают в себя отказ от понимания, нет предела тому, как много мы можем не понять.

Продолжение следует.


Дайана Джонстон была пресс-секретарем Группы зеленых в Европейском парламенте с 1989 по 1996 год. В своей последней книге «Круг во тьме: воспоминания наблюдателя за миром» (Clarity Press, 2020) она рассказывает о ключевых переходах Партий зеленых от мира к партии войны. Другие ее книги включают «Крестовый поход дураков: Югославия, НАТО и западные иллюзии» (Pluto/Monthly Review) и в соавторстве с ее отцом, Полом Х. Джонстоном, «От БЕЗУМИЯ к безумию: Планирование ядерной войны внутри Пентагона» (Clarity Press). С ней можно связаться по адресу diana.johnstone@wanadoo.fr

Выраженные взгляды принадлежат исключительно автору и могут отражать или не отражать взгляды Consortium News.







Washington’s Iron Curtain in Ukraine


NATO leaders are currently acting out a deliberate charade in Europe, designed to reconstruct an Iron Curtain between Russia and the West.

With astonishing unanimity, NATO leaders feign surprise at events they planned months in advance. Events that they deliberately triggered are being misrepresented as sudden, astonishing, unjustified “Russian aggression”. The United States and the European Union undertook an aggressive provocation in Ukraine that they knew would force Russia to react defensively, o­ne way or another.

They could not be sure exactly how Russian president Vladimir Putin would react when he saw that the United States was manipulating political conflict in Ukraine to install a pro-Western government intent o­n joining NATO.  This was not a mere matter of a “sphere of influence” in Russia’s “near abroad”, but a matter of life and death to the Russian Navy, as well as a grave national security threat o­n Russia’s border.

A trap was thereby set for Putin. He was damned if he did, and damned if he didn’t.  He could underreact, and betray Russia’s basic national interests, allowing NATO to advance its hostile forces to an ideal attack position.

Or he could overreact, by sending Russian forces to invade Ukraine.  The West was ready for this, prepared to scream that Putin was “the new Hitler”, poised to overrun poor, helpless Europe, which could o­nly be saved (again) by the generous Americans.

In reality, the Russian defensive move was a very reasonable middle course.  Thanks to the fact that the overwhelming majority of Crimeans felt Russian, having been Russian citizens until Khrushchev frivolously bestowed the territory o­n Ukraine in 1954, a peaceful democratic solution was found.  Crimeans voted for their return to Russia in a referendum which was perfectly legal according to international law, although in violation of the Ukrainian constitution, which was by then in tatters having just been violated by the overthrow of the country’s duly elected president, Victor Yanukovych, facilitated by violent militias.  The change of status of Crimea was achieved without bloodshed, by the ballot box.

Nevertheless, the cries of indignation from the West were every bit as hysterically hostile as if Putin had overreacted and subjected Ukraine to a U.S.-style bombing campaign, or invaded the country outright – which they may have expected him to do.

U.S. Secretary of State John Kerry led the chorus of self-righteous indignation, accusing Russia of the sort of thing his own government is in the habit of doing. “You just don’t invade another country o­n phony pretext in order to assert your interests. This is an act of aggression that is completely trumped up in terms of its pretext”, Kerry pontificated.  “It’s really 19th century behavior in the 21st century”. Instead of laughing at this hypocrisy, U.S. media, politicians and punditry zealously took up the theme of Putin’s unacceptable expansionist aggression. The Europeans followed with a weak, obedient echo.


It Was All Planned at Yalta

In September 2013, o­ne of Ukraine’s richest oligarchs, Viktor Pinchuk, paid for an elite strategic conference o­n Ukraine’s future that was held in the same Palace in Yalta, Crimea, where Roosevelt, Stalin and Churchill met to decide the future of Europe in 1945.  The Economist, o­ne of the elite media reporting o­n what it called a “display of fierce diplomacy”, stated that: “The future of Ukraine, a country of 48m people, and of Europe was being decided in real time.” The participants included Bill and Hillary Clinton, former CIA head General David Petraeus, former U.S. Treasury secretary Lawrence Summers, former World Bank head Robert Zoellick, Swedish foreign minister Carl Bildt, Shimon Peres, Tony Blair, Gerhard Schröder, Dominique Strauss-Kahn, Mario Monti, Lithuanian president Dalia Grybauskaite, and Poland’s influential foreign minister Radek Sikorski.  Both President Viktor Yanukovych, deposed five months later, and his recently elected successor Petro Poroshenko were present. Former U.S. energy secretary Bill Richardson was there to talk about the shale-gas revolution which the United States hopes to use to weaken Russia by substituting fracking for Russia’s natural gas reserves.  The center of discussion was the “Deep and Comprehensive Free Trade Agreement” (DCFTA) between Ukraine and the European Union, and the prospect of Ukraine’s integration with the West.  The general tone was euphoria over the prospect of breaking Ukraine’s ties with Russia in favor of the West.

Conspiracy against Russia?  Not at all. Unlike Bilderberg, the proceedings were not secret. Facing a dozen or so American VIPs and a large sampling of the European political elite was a Putin adviser named Sergei Glazyev, who made Russia’s position perfectly clear.

Glazyev injected a note of political and economic realism into the conference.   Forbes reported at the time  on the “stark difference” between the Russian and Western views “not over the advisability of Ukraine’s integration with the EU but over its likely impact.”  In contrast to Western euphoria, the Russian view was based o­n “very specific and pointed economic criticisms” about the Trade Agreement’s impact o­n Ukraine’s economy, noting that Ukraine was running an enormous foreign accounts deficit, funded with foreign borrowing, and that the resulting substantial increase in Western imports ccould o­nly swell the deficit.  Ukraine “will either default o­n its debts or require a sizable bailout”.

The Forbes reporter concluded that “the Russian position is far closer to the truth than the happy talk coming from Brussels and Kiev.”

As for the political impact, Glazyev pointed out that the Russian-speaking minority in Eastern Ukraine might move to split the country in protest against cutting ties with Russia, and that Russia would be legally entitled to support them, according to The Times of London.

In short, while planning to incorporate Ukraine into the Western sphere, Western leaders were perfectly aware that this move would entail serious problems with Russian-speaking Ukrainians, and with Russia itself.  Rather than seeking to work out a compromise, Western leaders decided to forge ahead and to blame Russia for whatever would go wrong.  What went wrong first was that Yanukovych  got cold feet faced with the economic collapse implied by the Trade Agreement with the European Union.  He postponed signing, hoping for a better deal. Since none of this was explained clearly to the Ukrainian public, outraged protests ensued, which were rapidly exploited by the United States… against Russia.


Ukraine as Bridge…Or Achilles Heel

Ukraine, a term meaning borderland, is a country without clearly fixed historical borders that has been stretched too far to the East and too far to the West.  The Soviet Union was responsible for this, but the Soviet Union no longer exists, and the result is a country without a unified identity and which emerges as a problem for itself and for its neighbors.

It was extended too far East, incorporating territory that might as well have been Russian, as part of a general policy to distinguish the USSR from the Tsarist empire, enlarging Ukraine at the expense of its Russian component and demonstrating that the Soviet Union was really a union among equal socialist republics.  So long as the whole Soviet Union was run by the Communist leadership, these borders didn’t matter too much.

It was extended too far West at the end of World War II. The victorious Soviet Union extended Ukraine’s border to include Western regions, dominated by the city variously named Lviv, Lwow, Lemberg or Lvov, depending o­n whether it belonged to Lithuania, Poland, the Habsburg Empire or the USSR, a region which was a hotbed of anti-Russian sentiments. This was no doubt conceived as a defensive move, to neutralize hostile elements, but it created the fundamentally divided nation that today constitutes the perfect troubled waters for hostile fishing.

The Forbes report cited above pointed out that: “For most of the past five years, Ukraine was basically playing a double game, telling the EU that it was interested in signing the DCFTA while telling the Russians that it was interested in joining the customs union.”  Either Yanukovych could not make up his mind, or was trying to squeeze the best deal out of both sides, or was seeking the highest bidder.  In any case, he was never “Moscow’s man”, and his downfall owes a lot no doubt to his own role in playing both ends against the middle. His was a dangerous game of pitting greater powers against each other.

It is safe to say that what was needed was something that so far seems totally lacking in Ukraine: a leadership that recognizes the divided nature of the country and works diplomatically to find a solution that satisfies both the local populations and their historic ties with the Catholic West and with Russia.  In short, Ukraine could be a bridge between East and West – and this, incidentally, has been precisely the Russian position.  The Russian position has not been to split Ukraine, much less to conquer it, but to facilitate the country’s role as bridge.  This would involve a degree of federalism, of local government, which so far is entirely lacking in the country, with local governors selected not by election but by the central government in Kiev.  A federal Ukraine could both develop relations with the EU and maintain its vital (and profitable) economic relations with Russia.

But this arrangement calls for Western readiness to cooperate with Russia. The United States has plainly vetoed this possibility, preferring to exploit the crisis to brand Russia “the enemy”.


Plan A and Plan B

U.S. policy, already evident at the September 2013 Yalta meeting, was carried out o­n the ground by Victoria Nuland, former advisor to Dick Cheney, deputy ambassador to NATO, spokeswoman for Hillary Clinton, wife of neocon theorist Robert Kagan. Her leading role in the Ukraine events proves that the neo-con influence in the State Department, established under Bush II, was retained by Obama, whose o­nly visible contribution to foreign policy change has been the presence of a man of African descent in the presidency, calculated to impress the world with U.S. multicultural virtue.  Like most other recent presidents, Obama is there as a temporary salesman for policies made and executed by others.

As Victoria Nuland boasted in Washington, since the dissolution of the Soviet Union in 1991, the United States has spent five billion dollars to gain political influence in Ukraine (this is called “promoting democracy”).  This investment is not “for oil”, or for any immediate economic advantage. The primary motives are geopolitical, because Ukraine is Russia’s Achilles’ heel, the territory with the greatest potential for causing trouble to Russia.

What called public attention to Victoria Nuland’s role in the Ukrainian crisis was her use of a naughty word, when she told the U.S. ambassador, “Fuck the EU”.  But the fuss over her bad language veiled her bad intentions.  The issue was who should take power away from the elected president Viktor Yanukovych.  German Chancellor Angela Merkel’s party been promoting former boxer Vitaly Klitschko as its candidate.  Nuland’s rude rebuff signified that the United States, not Germany or the EU, was to choose the next leader, and that was not Klitschko but “Yats”.  And indeed it was Yats, Arseniy Yatsenyuk , a second-string US-sponsored technocrat known for his enthusiasm for IMF austerity policies and NATO membership, who got the job. This put a U.S. sponsored government, enforced in the streets by fascist militia with little electoral clout but plenty of armed meanness, in a position to manage the May 25 elections, from which the Russophone East was largely excluded.

Plan A for the Victoria Nuland putsch was probably to install, rapidly, a government in Kiev that would join NATO, thus formally setting the stage for the United States to take possession of Russia’s indispensable Black Sea naval base at Sebastopol in Crimea.  Reincorporating Crimea into Russia was Putin’s necessary defensive move to prevent this.

But the Nuland gambit was in fact a win-win ploy.  If Russia failed to defend itself, it risked losing its entire southern fleet – a total national disaster.  o­n the other hand, if Russia reacted, as was most likely, the US thereby won a political victory that was perhaps its main objective.  Putin’s totally defensive move is portrayed by the Western mainstream media, echoing political leaders, as unprovoked “Russian expansionism”, which the propaganda machine compares to Hitler grabbing Czechoslovakia and Poland.

Thus a blatant Western provocation, using Ukrainian political confusion against a fundamentally defensive Russia, has astonishingly succeeded in producing a total change in the artificial Zeitgeist produced by Western mass media.  Suddenly, we are told that the “freedom-loving West” is faced with the threat of “aggressive Russian expansionism”.  Some forty years ago, Soviet leaders gave away the store under the illusion that peaceful renunciation o­n their part could lead to a friendly partnership with the West, and especially with the United States.  But those in the United States who never wanted to end the Cold War are having their revenge.  Never mind “communism”; if, instead of advocating the dictatorship of the proletariat, Russia’s current leader is simply old-fashioned in certain ways, Western media can fabricate a monster out of that.  The United States needs an enemy to save the world from.


The Protection Racket Returns

But first of all, the United States needs Russia as an enemy in order to “save Europe”,  which is another way to say, in order to continue to dominate Europe.  Washington policy-makers seemed to be worried that Obama’s swing to Asia and neglect of Europe might weaken U.S. control of its NATO allies.  The May 25 European Parliament elections revealed a large measure of disaffection with the European Union.  This disaffection, notably in France, is linked to a growing realization that the EU, far from being a potential alternative to the United States, is in reality a mechanism that locks European countries into U.S.-defined globalization, economic decline and U.S. foreign policy, wars and all.

Ukraine is not the o­nly entity that has been overextended.  So has the EU.  With 28 members of diverse language, culture, history and mentality, the EU is unable to agree o­n any foreign policy other than the o­ne Washington imposes.  The extension of the EU to former Eastern European satellites has totally broken whatever deep consensus might have been possible among the countries of the original Economic Community: France, Germany, Italy and the Benelux states.  Poland and the Baltic States see EU membership as useful, but their hearts are in America – where many of their most influential leaders have been educated and trained.  Washington is able to exploit the anti-communist, anti-Russian and even pro-Nazi nostalgia of northeastern Europe to raise the false cry of “the Russians are coming!” in order to obstruct the growing economic partnership between the old EU, notably Germany, and Russia.

Russia is no threat. But to vociferous Russophobes in the Baltic States, Western Ukraine and Poland, the very existence of Russia is a threat.  Encouraged by the United States and NATO, this endemic hostility is the political basis for the new “iron curtain” meant to achieve the aim spelled out in 1997 by Zbigniew Brzezinski in The Grand Chessboard: keeping the Eurasian continent divided in order to perpetuate U.S. world hegemony.  The old Cold War served that purpose, cementing U.S. military presence and political influence in Western Europe. A new Cold War can prevent U.S. influence from being diluted by good relations between Western Europe and Russia.

Obama has come to Europe ostentatiously promising to “protect” Europe by basing more troops in regions as close as possible to Russia, while at the same time ordering Russia to withdraw its own troops, o­n its own territory, still farther away from troubled Ukraine.  This appears designed to humiliate Putin and deprive him of political support at home, at a time when protests are rising in Eastern Ukraine against the Russian leader for abandoning them to killers sent from Kiev.

To tighten the U.S. grip o­n Europe, the United States is using the artificial crisis to demand that its indebted allies spend more o­n “defense”, notably by purchasing U.S. weapons systems. Although the U.S. is still far from being able to meet Europe’s energy needs from the new U.S. fracking boom, this prospect is being hailed as a substitute for Russia’s natural gas sales  – stigmatized as a “way of exercising political pressure”, something of which hypothetic U.S. energy sales are presumed to be innocent.  Pressure is being brought against Bulgaria and even Serbia to block construction of the South Stream pipeline that would bring Russian gas into the Balkans and southern Europe.


From D-Day to Dooms Day

Today, June 6, the seventieth anniversary of the D-Day landing is being played in Normandy as a gigantic celebration of American domination, with Obama heading an all-star cast of European leaders. The last of the aged surviving soldiers and aviators present are like the ghosts of a more innocent age when the United States was o­nly at the start of its new career as world master. They were real, but the rest is a charade.  French television is awash with the tears of young villagers in Normandy who have been taught that the United States is some sort of Guardian Angel, which sent its boys to die o­n the shores of Normandy out of pure love for France. This idealized image of the past is implicitly projected o­n the future.  In seventy years, the Cold War, a dominant propaganda narrative and above all Hollywood have convinced the French, and most of the West, that D-Day was the turning point that won World War II and saved Europe from Nazi Germany.

Vladimir Putin came to the celebration, and has been elaborately shunned by Obama, self-appointed arbiter of Virtue.  The Russians are paying tribute to the D-Day operation which liberated France from Nazi occupation, but they – and historians – know what most of the West has forgotten: that the Wehrmacht was decisively defeated not by the Normandy landing, but by the Red Army.  If the vast bulk of German forces had not been pinned down fighting a losing war o­n the Eastern front, nobody would celebrate D-Day as it is being celebrated today.

Putin is widely credited as being “the best chess player”, who won the first round of the Ukrainian crisis.  He has no doubt done the best he could, faced with the crisis foisted o­n him.  But the U.S. has whole ranks of pawns which Putin does not have. And this is not o­nly a chess game, but chess combined with poker combined with Russian roulette. The United States is ready to take risks that the more prudent Russian leaders prefer to avoid… as long as possible.

Perhaps the most extraordinary aspect of the current charade is the servility of the “old” Europeans.  Apparently abandoning all Europe’s accumulated wisdom, drawn from its wars and tragedies, and even oblivious to their own best interests, today’s European leaders seem ready to follow their American protectors to another D-Day … D for Doom.

Can the presence of a peace-seeking Russian leader in Normandy make a difference?  All it would take would be for mass media to tell the truth, and for Europe to produce reasonably wise and courageous leaders, for the whole fake war machine to lose its luster, and for truth to begin to dawn. A peaceful Europe is still possible, but for how long?

Diana Johnstone is the author of Fools’ Crusade: Yugoslavia, NATO, and Western Delusions. She can be reached at diana.johnstone@wanadoo.fr


Diana Johnstone is the author of Fools’ Crusade: Yugoslavia, NATO, and Western Delusions. Her new book is Queen of Chaos: the Misadventures of Hillary Clinton. She can be reached at diana.johnstone@wanadoo.fr







Железный занавес Вашингтона в Украине

Диана Джонстон

6 июня 2014 г.


В настоящее время лидеры НАТО разыгрывают в Европе преднамеренный фарс, призванный восстановить железный занавес между Россией и Западом.

С поразительным единодушием лидеры НАТО изображают удивление в связи с событиями, которые они планировали за несколько месяцев вперед. Преднамеренно спровоцированные ими события выдаются за внезапную, поразительную, неоправданную «российскую агрессию». Соединенные Штаты и Европейский Союз предприняли агрессивную провокацию на Украине, которая, как они знали, заставит Россию так или иначе отреагировать оборонительно.

Они не могли точно сказать, как отреагирует президент России Владимир Путин, когда увидит, что Соединенные Штаты манипулируют политическим конфликтом на Украине, чтобы установить прозападное правительство, намеревающееся вступить в НАТО. Это был не просто вопрос «сферы влияния» России в «ближнем зарубежье», а вопрос жизни и смерти российского флота, а также серьезная угроза национальной безопасности на границе России.

Таким образом, для Путина была расставлена ​​ловушка. Будь он проклят, если сделал, и проклят, если нет. Он мог не отреагировать и предать основные национальные интересы России, позволив НАТО выдвинуть свои враждебные силы на идеальную позицию для атаки.

Или он мог остро отреагировать, отправив российские войска для вторжения в Украину. Запад был к этому готов, готов был кричать, что Путин — «новый Гитлер», готовый захватить бедную, беспомощную Европу, которую могли спасти (опять же) только щедрые американцы.

На самом деле оборонительный ход русских был очень разумным средним курсом. Благодаря тому, что подавляющее большинство крымчан чувствовали себя русскими, будучи российскими гражданами до тех пор, пока Хрущев легкомысленно не даровал территорию Украине в 1954 году, было найдено мирное демократическое решение. Крымчане проголосовали за свое возвращение в Россию на референдуме, который был совершенно законным в соответствии с международным правом, хотя и в нарушение украинской конституции, которая к тому времени была в клочьях, так как только что была нарушена свержением должным образом избранного президента страны Виктора Януковича, при содействии агрессивных ополченцев. Изменение статуса Крыма было достигнуто без кровопролития, путем голосования.

Тем не менее, крики возмущения со стороны Запада были столь же истерически враждебными, как если бы Путин слишком остро отреагировал и подверг Украину бомбардировкам в американском стиле или напрямую вторгся в страну — чего от него, возможно, и ожидали.

Хор самодовольного негодования возглавил госсекретарь США Джон Керри, обвинивший Россию в том, что имеет обыкновение делать его собственное правительство. «Вы просто не вторгаетесь в другую страну под надуманным предлогом, чтобы отстаивать свои интересы. Это акт агрессии, который полностью сфабрикован с точки зрения его предлога», — разглагольствовал Керри. «Это действительно поведение 19 века в 21 веке». Вместо того чтобы посмеяться над этим лицемерием, американские СМИ, политики и эксперты усердно подхватили тему недопустимой экспансионистской агрессии Путина. Европейцы последовали за ними слабым послушным эхом.


Все было запланировано в Ялте

В сентябре 2013 года один из самых богатых олигархов Украины Виктор Пинчук оплатил элитную стратегическую конференцию о будущем Украины, которая проходила в том же Дворце в Ялте, Крым, где Рузвельт, Сталин и Черчилль встретились, чтобы решить будущее Европы в 1945 году. TheEconomist, одно из элитных СМИ, сообщающее о том, что оно назвало «демонстрацией жесткой дипломатии», заявило, что «будущее Украины, страны с населением 48 миллионов человек, и Европы решалось в режиме реального времени». Среди участников были Билл и Хиллари Клинтон, бывший глава ЦРУ генерал Дэвид Петреус, бывший министр финансов США Лоуренс Саммерс, бывший глава Всемирного банка Роберт Зеллик, министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт, Шимон Перес, Тони Блэр, Герхард Шредер, Доминик Стросс-Кан, Марио. Монти, президент Литвы Даля Грибаускайте и влиятельный министр иностранных дел Польши Радек Сикорский. Присутствовали и президент Виктор Янукович, свергнутый пятью месяцами позже, и его недавно избранный преемник Петр Порошенко. Бывший министр энергетики США Билл Ричардсон был там, чтобы рассказать о сланцевой революции, которую Соединенные Штаты надеются использовать для ослабления России, заменив российские запасы природного газа гидроразрывом пласта. В центре обсуждения было «Соглашение об углубленной и всеобъемлющей зоне свободной торговли» (DCFTA) между Украиной и Европейским Союзом, а также перспективы интеграции Украины с Западом. Общим тоном была эйфория по поводу перспективы разрыва связей Украины с Россией в пользу Запада. Заговор против России? Нисколько. В отличие от Бильдербергского клуба, заседания не были секретными. Перед дюжиной или около того американских высокопоставленных лиц и большой выборкой представителей европейской политической элиты стоял советник Путина по имени Сергей Глазьев, который совершенно ясно изложил позицию России.

Глазьев внес в конференцию нотку политического и экономического реализма. Forbes сообщал в то время о «Разнице» между взглядами России и Запада «не по поводу целесообразности интеграции Украины с ЕС, а по поводу ее возможных последствий». В отличие от западной эйфории, российская точка зрения основывалась на «очень конкретной и острой экономической критике» влияния Торгового соглашения на экономику Украины, отмечая, что Украина имеет огромный дефицит счета за границей, финансируемый за счет иностранных заимствований, и что в результате увеличение западного импорта может только увеличить дефицит. Украина «либо объявит дефолт по своим долгам, либо потребует значительной помощи».

Корреспондент Forbes пришел к выводу, что «российская позиция гораздо ближе к истине, чем радостные разговоры из Брюсселя и Киева». Что касается политического воздействия, Глазьев указал, что русскоязычное меньшинство на востоке Украины может пойти на раскол страны в знак протеста против разрыва связей с Россией, и что Россия будет иметь законное право поддерживать их, как сообщает TheTimesofLondon.

Словом, планируя включить Украину в западную сферу, западные лидеры прекрасно понимали, что этот шаг повлечет за собой серьезные проблемы как с русскоязычными украинцами, так и с самой Россией. Вместо того чтобы искать компромисс, западные лидеры решили идти вперед и обвинять Россию во всем, что пойдет не так. Во-первых, что пошло не так, так это то, что Янукович струсил перед экономическим коллапсом, подразумеваемым торговым соглашением с Европейским Союзом. Он отложил подписание, надеясь на лучшую сделку. Поскольку ничего из этого не было внятно объяснено украинской общественности, последовали возмущенные протесты, которые быстро были использованы Соединенными Штатами… против России.


Украина как мост… Или Ахиллесова пята

Украина, термин, означающий пограничье, — это страна без четко установленных исторических границ, которая слишком далеко растянулась на восток и слишком далеко на запад. Ответственность за это несет Советский Союз, но Советского Союза больше не существует, и в результате получается страна без единой идентичности, которая становится проблемой для себя и для своих соседей.

Она была расширена слишком далеко на восток, включая территории, которые вполне могли принадлежать России, в рамках общей политики, направленной на то, чтобы отличить СССР от царской империи, расширяя Украину за счет ее российской составляющей и демонстрируя, что Советский Союз действительно был союз равноправных социалистических республик. Пока всем Советским Союзом управляло коммунистическое руководство, эти границы не имели большого значения.

В конце Второй мировой войны он был расширен слишком далеко на запад. Победоносный Советский Союз расширил границу Украины, включив в нее западные регионы, в которых доминировал город, носивший различные названия Львов, Лемберг или Львив, в зависимости от того, принадлежал ли он Литве, Польше, империи Габсбургов или СССР, регион, который был очагом антироссийские настроения. Это, без сомнения, было задумано как оборонительный шаг, чтобы нейтрализовать враждебные элементы, но оно создало фундаментально разделенную нацию, которая сегодня представляет собой идеальные мутные воды для враждебной рыбалки.

В упомянутом выше отчете Forbes отмечается, что: «Большую часть последних пяти лет Украина, по сути, вела двойную игру, говоря ЕС, что она заинтересована в подписании УВЗСТ, в то же время говоря россиянам, что она заинтересована в присоединении к Таможенному союзу.» Либо Янукович не мог определиться, либо пытался выжать из обеих сторон наилучшие условия, либо искал того, кто больше заплатит. В любом случае, он никогда не был «человеком Москвы», и его падение, несомненно, во многом связано с его собственной ролью в том, что он играл на обоих флангах против середины. Это была опасная игра, в которой великие силы противостояли друг другу.

Можно с уверенностью сказать, что требовалось то, чего пока что в Украине совершенно не хватает: руководство, которое признает разделенный характер страны и работает дипломатично, чтобы найти решение, которое удовлетворит как местное население, так и его исторические связи с католиками. Запад и с Россией. Словом, Украина могла бы стать мостом между Востоком и Западом — и именно такой, кстати, была позиция России. Позиция России заключалась не в том, чтобы расколоть Украину и тем более завоевать ее, а в том, чтобы облегчить стране роль моста. Это потребовало бы определенной степени федерализма, местного самоуправления, которого пока в стране полностью нет, с местными губернаторами, избираемыми не путем выборов, а центральным правительством в Киеве. Федеративная Украина могла бы как развивать отношения с ЕС, так и поддерживать жизненно важные (и выгодные) экономические отношения с Россией.

Но эта договоренность требует готовности Запада сотрудничать с Россией. Соединенные Штаты прямо наложили вето на эту возможность, предпочитая использовать кризис, чтобы заклеймить Россию как «врага».


План А и План Б

Политика США, уже очевидная на встрече в Ялте в сентябре 2013 г., проводилась на местах Викторией Нуланд, бывшим советником Дика Чейни, заместителем посла в НАТО, пресс-секретарем Хиллари Клинтон, теоретика неоконсерваторов Роберта Кагана. Ее ведущая роль в украинских событиях доказывает, что влияние неоконсерваторов в Госдепартаменте, созданное при Буше II, сохранилось за Обамой, единственным видимым вкладом которого в изменение внешней политики стало присутствие на посту президента человека африканского происхождения, рассчитанный на то, чтобы произвести впечатление на мир мульти культурной добродетелью США. Как и большинство других недавних президентов, Обама является временным продавцом политики, проводимой другими.

Как хвасталась в Вашингтоне Виктория Нуланд, с момента распада Советского Союза в 1991 году Соединенные Штаты потратили пять миллиардов долларов на обретение политического влияния в Украине (это называется «продвижение демократии»). Это инвестиции не «для нефти» или какой-либо сиюминутной экономической выгоды. Основные мотивы — геополитические, потому что Украина — это ахиллесова пята России, территория с наибольшим потенциалом причинить России неприятности.

Что привлекло внимание общественности к роли Виктории Нуланд в украинском кризисе, так это использование ею непристойного слова, когда она сказала послу США: «К черту ЕС». Но суета вокруг ее сквернословия скрывала ее дурные намерения. Вопрос был в том, кто должен отобрать власть у избранного президента Виктора Януковича. Партия канцлера Германии Ангелы Меркель продвигала бывшего боксера Виталия Кличко в качестве своего кандидата. Грубый отпор Нуланд означал, что США, а не Германия или ЕС должны были выбрать следующего лидера, и это был не Кличко, а «Ятс». И действительно, эту работу получил Ятс, Арсений Яценюк, финансируемый США технократ второго эшелона, известный своим энтузиазмом в отношении политики жесткой экономии МВФ и членства в НАТО. Это дало спонсируемому США правительству, навязанному на улицах фашистской милицией с небольшим влиянием на выборах, но большим количеством вооруженной подлости, в состоянии управлять выборами 25 мая, из которых русскоязычный Восток был в значительной степени исключен.

План А для путча Виктории Нуланд, вероятно, заключался в том, чтобы быстро установить в Киеве правительство, которое присоединится к НАТО, тем самым формально подготовив почву для того, чтобы Соединенные Штаты получили во владение незаменимую для России черноморскую военно-морскую базу в Севастополе в Крыму. Присоединение Крыма к России было необходимым оборонительным ходом Путина, чтобы предотвратить это.

Но гамбит Нуланд на самом деле был беспроигрышной уловкой. Если Россия не сможет защитить себя, она рискует потерять весь свой южный флот, что станет настоящей национальной катастрофой. С другой стороны, если бы Россия отреагировала, что было наиболее вероятно, то США тем самым одержали политическую победу, что и было, пожалуй, их главной целью. Полностью оборонительный шаг Путина изображается ведущими западными СМИ, вторя политическим лидерам, как ничем не спровоцированный «российский экспансионизм», который пропагандистская машина сравнивает с захватом Гитлером Чехословакии и Польши.

Таким образом, вопиющая западная провокация, использующая украинскую политическую неразбериху против принципиально обороняющейся России, поразительно преуспела в том, чтобы полностью изменить искусственный дух времени, создаваемый западными СМИ. Внезапно нам говорят, что «свободолюбивый Запад» столкнулся с угрозой «агрессивного российского экспансионизма». Около сорока лет назад советские лидеры раздали лавку, полагая, что мирный отказ с их стороны может привести к дружескому партнерству с Западом, и особенно с США. Но те в Соединенных Штатах, которые никогда не хотели положить конец холодной войне, мстят. Не говоря уже о «коммунизме»; если вместо того, чтобы защищать диктатуру пролетариата, нынешний лидер России просто в чем-то старомоден, западные СМИ могут состряпать из него монстра. Соединенным Штатам нужен враг, чтобы спасти мир.


Рэкет защиты возвращается

Но прежде всего Россия нужна США как враг для того, чтобы «спасти Европу», иначе говоря, для того, чтобы продолжать доминировать в Европе. Вашингтонские политики, похоже, были обеспокоены тем, что поворот Обамы в сторону Азии и игнорирование Европы могут ослабить контроль США над своими союзниками по НАТО. Выборы в Европарламент 25 мая выявили значительную степень недовольства Европейским союзом. Это недовольство, особенно во Франции, связано с растущим осознанием того, что ЕС, далеко не потенциальная альтернатива Соединенным Штатам, на самом деле является механизмом, который запирает европейские страны в определяемой США глобализации, экономическом спаде и внешней политике США войны и все такое.

Украина — не единственное образование, которое было чрезмерно растянуто. Как и ЕС. ЕС, состоящий из 28 членов с разными языками, культурами, историей и менталитетом, не может договориться ни о какой внешней политике, кроме той, которую навязывает Вашингтон. Расширение ЕС на бывших восточноевропейских сателлитов полностью разрушило любой глубокий консенсус, который мог быть возможен между странами первоначального Экономического сообщества: Францией, Германией, Италией и странами Бенилюкса. Польша и страны Балтии считают членство в ЕС полезным, но их сердца обращены в Америку, где многие из их самых влиятельных лидеров получили образование и подготовку. Вашингтон может использовать антикоммунистическую, антироссийскую и даже пронацистскую ностальгию по Северо-Восточной Европе, чтобы поднять ложный клич «русские идут!» чтобы воспрепятствовать растущему экономическому партнерству между старым ЕС, особенно Германией, и Россией.

Россия не представляет угрозы. Но для крикливых русофобов в Прибалтике, Западной Украине и Польше само существование России представляет угрозу. Поощряемая Соединенными Штатами и НАТО, эта повсеместная враждебность является политической основой для нового «железного занавеса», предназначенного для достижения цели, изложенной в 1997 году Збигневом Бжезинским в «Большой шахматной доске»: сохранение разделения Евразийского континента для сохранения мира США, гегемонии. Этой цели служила старая холодная война, укрепившая военное присутствие и политическое влияние США в Западной Европе. Новая холодная война может предотвратить ослабление влияния США хорошими отношениями между Западной Европой и Россией.

Обама приехал в Европу, демонстративно обещая «защитить» Европу, разместив дополнительные войска в регионах, как можно ближе к России, и в то же время приказав России вывести свои войска на свою территорию, еще дальше от неспокойной Украины. Похоже, это сделано для того, чтобы унизить Путина и лишить его политической поддержки дома, в то время как на востоке Украины поднимаются протесты против российского лидера за то, что он бросил их убийцам, присланным из Киева.

Чтобы усилить контроль США над Европой, Соединенные Штаты используют искусственный кризис, чтобы потребовать, чтобы их задолжавшие союзники тратили больше на «оборону», в частности, закупая американские системы вооружений. Хотя США все еще далеки от того, чтобы удовлетворить потребности Европы в энергии из-за нового бума гидроразрыва пласта в США, эта перспектива приветствуется как заменитель продаж природного газа в России, заклейменная как «способ оказания политического давления». Продажа энергии из США считается невиновной. На Болгарию и даже на Сербию оказывается давление с целью заблокировать строительство газопровода «Южный поток», по которому российский газ будет поступать на Балканы и в Южную Европу.


От дня «Д» до Судного дня

Сегодня, 6 июня, семидесятая годовщина высадки в Нормандии отмечается как гигантский праздник американского господства, а Обама возглавляет звездный состав европейских лидеров. Последние из оставшихся в живых престарелых солдат и авиаторов подобны призракам более невинной эпохи, когда Соединенные Штаты только начинали свою новую карьеру в качестве мирового господина. Они были настоящими, а остальное — шарада. Французское телевидение заливают слезы молодых жителей Нормандии, которых учили, что Соединенные Штаты — это своего рода ангел-хранитель, который послал своих мальчиков умирать на берегах Нормандии из чистой любви к Франции. Этот идеализированный образ прошлого имплицитно проецируется на будущее. За семьдесят лет «холодной войны», доминирующий пропагандистский нарратив и, прежде всего, Голливуд убедили французов и большую часть Запада в том, что день «Д» стал поворотным моментом, позволившим выиграть Вторую мировую войну и спасти Европу от нацистской Германии.

Владимир Путин приехал на празднование, и Обама, самопровозглашенный арбитром Добродетели, тщательно избегал его. Русские воздают должное операции «День Д», освободившей Францию ​​от нацистской оккупации, но они — и историки — знают то, о чем забыла большая часть Запада: вермахт потерпел решающее поражение не в результате высадки в Нормандии, а в результате действий Красной Армии. Если бы подавляющая часть немецких войск не была скована проигранной войной на Восточном фронте, никто бы не праздновал день «Д» так, как он отмечается сегодня.

Путин широко известен как «лучший шахматист», выигравший первый тур украинского кризиса. Он, без сомнения, сделал все, что мог, столкнувшись с навязанным ему кризисом. Но у США есть целые ряды пешек, которых нет у Путина. И это не только игра в шахматы, а шахматы в сочетании с покером в сочетании с русской рулеткой. Соединенные Штаты готовы пойти на риск, которого более благоразумные российские лидеры предпочитают избегать… до тех пор, пока это возможно.

Возможно, самым необычным аспектом нынешнего фарса является раболепие «старых» европейцев. По-видимому, отказавшись от всей накопленной Европы мудрости, почерпнутой из ее войн и трагедий, и даже не обращая внимания на свои собственные интересы, сегодняшние европейские лидеры, похоже, готовы следовать за своими американскими защитниками в очередной день «Д». «Д» означает «Рок».

Может ли присутствие ищущего мира российского лидерав Нормандии изменить ситуацию? Достаточно, чтобы средства массовой информации сказали правду, а Европа выдвинула достаточно мудрых и мужественных лидеров, чтобы вся фальшивая военная машина потеряла свой блеск и правда начала прозревать. Мирная Европа еще возможна, но надолго ли?


Диана Джонстон — автор книги «Крестовый поход дураков: Югославия, НАТО и западные заблуждения». Ее новая книга называется «Королева хаоса: злоключения Хиллари Клинтон». С ней можно связаться по адресу diana.johnstone@wanadoo.fr,






© Website author: Leo Semashko, 2005; © designed by Roman Snitko, 2005